Коляда
так назывался старинный рождественский обряд прославления праздника Рождества Христова песнями, а также и сама песня. Надо сказать, что в святочные ночи народ не спал: ходили из дома в дом, угощались, колядовали, т. е. пели колядки — старинные рождественские и новогодние обрядовые песни. Народ веселился вовсю. Даже цари ходили к своим подданным поздравиться и поколядовать. Праздничная процессия шла обычно с бумажной звездой и вертепом — ярко раскрашенным ящиком в два яруса. С помощью деревянных фигурок в нем разыгрывали сценки, относящиеся к Рождеству Христову, — бегство в Египет, явление ангелов, поклонение волхвов. В верхнем ярусе представлялась смерть царя Ирода, в нижнем — пляски.
Колядование начинали дети, молодые парни и девушки. Они пели под окнами изб колядки и получали за то различное угощение. Колядовали на Руси всяк на свой лад. Дьячок ходил по домам, распевая тропарь (молитвенные стихи, церковные песнопении в честь какого-либо православного праздника или святого), и получал от мирян за то натурой — хлеб, сало, крупу, а порой — и деньги. Священнику подарки делали прихожане, а в ответ получали от него угощение. Вообще-то, Церковью святочные игрища, гаданья, ряженые ("масководство и надевание звероподобных харь") порицались, и в указе патриарха Иоакима от 1684 г., запрещающим святочные беснования, говорится о том, что они приводят человека в "душепагубный грех". Но вся история человечества уже доказала, что запретить потребность в веселье, смехе и шутке невозможно. Так, героиня одной анонимной комедии XVIII в. "Игрище на святках" объясняет необходимость устройства святочных игр так: "На что и на свете шататься да горе мыкать, коли между тем не иметь никаких веселостей".
Рядились по-всякому. В дворянских домах наряжались русалками, турками, рыцарями, монахами, барышни — гусарами, а юноши, наоборот, — дамами. В деревнях было попроще — ряжеными, как правило, колядовали парни — надевали вывернутые овчиной наверх полушубки, маски и изображали различных животных — медведей, баранов, коз и т. д. В одном конце села звучало:
А на другом конце низкие мужские голоса пели:Уродилась коляда
Накануне Рождества
За рекою за быстрою...
Чтобы царева золота казна
Была век полным-полна,
Чтобы большим-то рекам
Слава неслась до моря.
Малым речкам — до мельницы.
А эту песню хлебу поем,
Хлебу поем, хлебу честь воздаем.
Во многих литературных произведениях описываются коляды, но, пожалуй, самое яркое и сочное — у Н. В. Гоголя в "Ночи перед Рождеством" : "Шумнее и шумнее раздавались по улицам песни и крики. Толпы толкавшегося народа были увеличены еще пришедшими из соседних деревень. Парубки шалили и бесились вволю. Часто между колядками слышалась какая-нибудь веселая песня, которую тут же успел сложить кто-нибудь из молодых казаков. То вдруг один из толпы вместо колядки отпускал щедровку и ревел во все горло:
Щедрик, ведрик,
Дайте вареник,
Грудочку кашки.
Кильце ковбаски!
Хохот награждал затейника. Маленькие окна подымались, и сухощавая рука старухи (которые одни только, вместе с степенными отцами, оставались в избах) высовывалась из окошка с колбасою или куском пирога. Парубки и девушки наперерыв подставляли мешки и ловили свою добычу. В одном месте парубки, зашед-ши со всех сторон, окружали толпу девушек: шум, крик, один бросал ком снега, другой вырывал мешок со всякой всячиной. В другом месте девушки ловили парубка, подставляли ему ногу, и он летел, вместе с мешком, стремглав на землю. Казалось, всю ночь напролет готовы были провеселиться. И ночь, как нарочно, так роскошно теплилась! И еще белее казался свет месяца от света снега".